Авторы: Майоров М.В.

Разные люди встречались за многие годы работы на скорой. О некоторых, весьма колоритных фигурах, пойдёт речь.

Доктор З.

Всегда подтянутая, элегантная, с неизменной папиросой («фронтовая привычка»). Великолепный диагност: часто буквально изумляла всех диагнозами «с первого взгляда». Секрет был прост - наблюдательность и опыт. Ещё на лестнице, уловив характерный запах цистенала, прямо на пороге комнаты поражала больного вопросом: «давно у Вас камни в почках?» «Собирайтесь в больницу!» – приказывала на другом вызове молодому пациенту ещё до осмотра.

- «Как в больницу, зачем? У меня только тошнота и всё!»

– «Это инфекционный гепатит. Не верите? Помочитесь в баночку – увидите мочу цвета пива».

Естественно, диагноз подтверждался. Увидеть лёгкую желтушность склер, да ещё в полутёмной комнате, могла только она. Странным было то, что доктор З. люто ненавидела больных, … строго соблюдающих диету.

«У меня разных – всяких болезней не меньше, но я никогда не откажусь от селёдочки с лучком, и сальца, да и рюмочки по случаю. Зачем тогда жить на свете, лишая себя даже этого удовольствия ?!» – вопрошала она после вызова (естественно, в узком кругу коллег).

Пожилой врач К. был глуховат. Чего не услышит – догадается. Или фельдшер на ушко подскажет. Но как – то случился казус.

«Доктор, я могу умереть?» – спросил встревоженный каким-то малозначительным недомоганием пациент. Решив, что речь идёт о времени наступления эффекта после сделанных инъекций, доктор ответил:

«Обязательно! Не пройдёт и десяти минут».

Реакция больного и его близких на это оптимистическое утверждение была соответствующей и достаточно душераздирающей. Правда, вскоре недоразумение разъяснилось, стоны больного и рыдания родственников прекратились, но уже много лет воспоминания об этом эпизоде неизменно вызывают гомерический хохот сотрудников «скорой».

Доктор Л. совмещала работу на «скорой» с работой ещё в трёх (!) местах: стационар роддома, женская консультация и неотложка поликлиники. Много лет назад это особенно не возбранялось, учитывая всеобщий врачебный дефицит. Естественно, всё своё немногое свободное от работы время она посвящала сну: между вызовами, по дороге на вызов и обратно. Иногда это состояние полусна затягивалось и на первые минуты пребывания на вызове. И она порой спрашивала у пожилого мужчины с приступом стенокардии: «Когда у Вас была последняя менструация?»

Молодой врач Владимир П., отказавшись от предложенной аспирантуры, попал по распределению на «скорую». Всё свободное время по привычке посвящал чтению. На одно дежурство ему хватало двух – трёх солидных монографий. Сейчас профессор П., вспоминает эти три года как самые лучшие и плодотворные в своей жизни.

Поразительной рассеянностью отличалась доктор Г. Сколько фонендоскопов и тонометров потеряла, сколько адресов перепутала!..

Но «притчей во языцех» стала выездная карта, где после диагноза вместо подписи врача стояло два слова: «Целую – Фира».

Необычайной прожорливостью отличался врач Т. Именно за это и был вскоре уволен, несмотря на дефицит врачей. Ибо почти на каждом вызове просил… «угостить обедом».

Известный ловелас и покоритель женских сердец местного масштаба доктор Б. никогда не брал ночных дежурств. «Ночью», – говорил он, - «я предпочитаю слышать стоны любви, но отнюдь не выслушивать стоны болящих».

Определённой яркой индивидуальностью отличаются не только представители врачебного сословия. Так, некая Мотя, толстая и вечно сонная, даже удостоилась следующих стихов в стенгазете: «Санитары помогать нам должны в работе, но на вызовах не спать так, как Ройко Мотя».

Пожилой санитар Иван Васильевич был заядлым курильщиком. Как говорится, «следующую прикуривал от предыдущей». И особым трудолюбием не отличался. На вызовах часто отпрашивался у врача «покурить на лестнице», где обычно оставался до окончания вызова. В то достаточно давнее время бригады скорой помощи вместо всей современной наркозно – дыхательной аппаратуры имели лишь брезентовую кислородную подушку. И по мере необходимости ездили в ближайшую аптеку заправлять её очередной порцией кислорода. Как - то на вызове у тяжёлого хронического больного, который всегда неизменно требовал «подышать кислородом», последний закончился, и дядя Ваня получил указание съездить с водителем в ближайшую аптеку пополнить запас живительного газа. Необычно быстро вернулся с полной подушкой и оксигенотерапия продолжилась. Вскоре больной отметил улучшение, но, прощаясь, заметил врачу: «Что-то у вас сегодня кислород с каким – то странным запахом». Возникшее подозрение вскоре нашло своё подтверждение: поленившись ехать в аптеку, дядя Ваня подушку просто «надул» с помощью собственных достаточно «прокуренных» лёгких… Вот почему задание было выполнено столь быстро.

Немолодой водитель Д. «крейсерской скоростью» машины скорой помощи считал не более 30 км/час. Никакие призывы ехать быстрее на срочный вызов или при транспортировке тяжелобольного успеха не имели. «Я хочу спокойно доработать до пенсии», - обычно отвечал он. Не получилось. Именно на своей излюбленной скорости 30 км/час и по собственной вине попал в аварию, разбил машину, лишился прав и работы…

«Все мы люди, все мы человеки». Это утверждение справедливо. Мир без чудаков казался бы серым и пресным. Особенно в такой специфической деятельности, как работа скорой медицинской помощи, где бывает трудно и страшно, тоскливо и тяжело, иногда весело и «прикольно», но скучно – никогда.

опубликовано 15/11/2013 19:43
обновлено 25/03/2017
Художественная литература

Комментарии

Для того чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.