(Данная публикация представляет собой текстовую версию видеоблога «Подросток и самоуюийство. Что должны знать взрослые?».)

Всегда, когда ребенок заканчивает жизнь самоубийством, виноваты мы — окружающая среда, взрослые, которые находятся рядом с ним. Поэтому, как бы вам ни было тяжело это читать, прочтите, пожалуйста.

Количество суицидов среди подростков стремительно возрастает. Сегодня суицид в возрасте 10−24 года — это едва ли не ведущая причина смерти из трех основных: несчастный случай, убийство и самоубийство. Самоубийство, в зависимости от страны, находится на втором-третьем месте.

Каковы же причины подросткового суицида? В подавляющем большинстве случаев ситуация следующая — у молодого человека возникает проблема (причем, с точки зрения взрослых, она может быть незначительной или просто непонятной), кажущаяся ему совершенно неразрешимой. И это может быть что угодно — от несчастной любви до ссоры с друзьями (а еще очень часто в основе проблемы лежит недиагностированное психическое расстройство), но самое важное, что с этой проблемой некуда идти.

Вообще, у ребенка два основных сообщества, с которыми он постоянно общается, — это школа и семья. И если эту проблему нельзя решить ни в школе, ни в семье, то, естественно, ситуация имеет один только выход — уйти от проблемы, радикально. Это и есть суицид.

Но если у ребенка имеется больше сообществ, где он бывает постоянно — например, спортивная секция, драмкружок, религиозная или общественная организация — это уменьшает риск самоубийства.

Почему именно сейчас суицидов стало больше? Прежде всего потому, что принципиально изменился образ жизни современной семьи. У родителей все меньше возможности и желания общаться с детьми. Технологическая революция происходит настолько стремительно, что уже в возрасте 8−10 лет дети и родители говорят на абсолютно разных языках.

Теперь родители не рассматриваются детьми как авторитеты, как люди, к которым можно обратиться за решением проблем. Однако доступ к внеклассным сообществам — спортивной секции, кружку и т. д. — тоже для многих крайне ограничен. Прежде всего потому, что никто бесплатно ничего делать не хочет, а государство не заинтересовано в функционировании общедоступных активностей.

А еще на нас всех нас — практически на весь мир — сейчас серьезно повлиял фактор коронавируса: после болезни 25% взрослых имеют психические расстройства. Дети и взрослые, лишенные в самоизоляции и на дистанционном обучении или работе нормального общения, теряют смысл жизни. И никто их не учит этим коммуникациям.

Вдобавок кругом, особенно в СМИ, процветает культ насилия. О смерти не говорят как об однозначном зле. Вообще слово «смерть» становится привычным явлением с точки зрения СМИ. И это очень опасная тенденция — перекладывать всю ответственность за массовую эпидемию подростковых самоубийств только на социальные сети.

Да, есть фактор социальных сетей. Но соцсеть может проявить свое негативное влияние только тогда, когда на ребенка никто не обращает внимания, когда соцсеть — это единственное место, где он может общаться. Более того, когда анализируешь статистику МВД относительно причин, которые подтолкнули детей к самоубийству, практически нет такой «мне сказали в социальной сети — пойди и убей себя». Это единичные случаи. Мне кажется, что многочисленные разговоры о том, что соцсети убивают детей, взрослые используют, пытаясь снять с себя ответственность. Потому что с такими взрослыми дети нередко воспринимают соцсети как единственное место, где их готовы выслушать.

Потому что если вы не готовы выслушать ребенка, то зачем обижаться на него и осуждать соцсети, где часто находятся мерзавцы, которые, тем не менее, готовы вашего ребенка выслушать.

И в связи с этим хочу еще обратить ваше внимание на важный фактор. Во всех случаях, когда киберполиция выявила людей, которые организовывали так называемые «группы смерти» (по крайней мере в Украине), — это были сами подростки, обиженные на весь мир.

Теперь конкретная информация.

Факторы риска суицида:

— предыдущие попытки суицида;

— депрессия, синдром панических расстройств;

— психические заболевания (та же шизофрения, когда человек может слышать голоса);

— употребление сейчас или ранее любых наркотиков или лекарств, которые влияют на психику;

— доступ к средствам самоубийства (к огнестрельному оружию или ядам);

— потери родственников, друзей, домашних животных;

— активные переживания в связи с тем, что в какой-то сфере — спорте, искусстве, учебе, отношениях —что-то не получается (во многом зависит от характера);

— скандальная, равнодушная, проблемная, депрессивная семья;

— издевательства в доме и в школе;

— кибербуллинг;

— травмы (физические, сексуальные, эмоциональные);

— сексуальная ориентация (неадекватное реагирование общества на несоответствие ребенка якобы общепринятым нормам);

— острые финансовые трудности в семье (отдельно надо сказать, что избыток денег — это тоже фактор риска).

 Еще раз подчеркну — это просто факторы риска, это не значит, что ребенок, в семье которого есть финансовые трудности или у него самого давняя душевная травма, совершит самоубийство. Это говорит о том, что если в жизни ребенка присутствуют перечисленные факторы, то взрослые, которые находятся рядом, должны быть бдительнее.

Факторы, которые уменьшают вероятность суицида:

— высокая самооценка у ребенка;

— положительная оценка окружающими ребенка — это всегда очень хорошая профилактика разных проблем;

— понятные и радужные перспективы (когда ребенок примерно понимает, что с ним будет дальше, что у него впереди очень долгая и счастливая жизнь, когда ребенок знает, например, что в ближайшее воскресенье он поедет на рыбалку или к бабушке на дачу);

— наличие постоянных собеседников;

— поддерживаемые близкими традиции доброжелательного общения со многими людьми;

— любой опыт успеха (в учебе, в своих хобби) — «вау, это было очень круто!» — повышает самооценку ребенка.

Теперь очень важное. Все должны знать признаки, особенности в поведении, требующие повышенного внимания взрослых к этому ребенку.

Тревожные признаки:

— изменение поведения (замкнутость, агрессия, отказ отвечать на вопросы или, наоборот, полное отсутствие реакции, апатия, общая тревожность, многочисленные страхи, жалобы на самые разнообразные боли без конкретной болезни, отсутствие желаний как таковых, проблемы с успеваемостью и вниманием, новые пищевые предпочтения, особенно проявление интереса к тому, от чего раньше категорически отказывался, утрата интереса к предыдущим увлечениям, резкая перемена интересов — «были котики — стали гробики», многочисленные примеры словесного самобичевания, любые самоповреждения, например порезы, ожоги;

— нарушения сна;

— ребенок может начать подводить итоги — раздавать свои вещи, просить у всех прощение;

— в жизни ребенка появляется тема смерти и суицида — при выборе фильмов, музыки, картин, принтов;

— разные клинические признаки депрессии. В большинстве случаев у детей, которые пытаются или совершают самоубийство, есть реальные психические расстройства. Как у детей депрессия проявляется? «Все плохо», ничего не нравится, «зачем я живу?». Ребенок почти всегда грустный, часто плачет;

— рискованное поведение или повышенный интерес к нему, например попытки есть и пить несъедобное, подъем туда, откуда можно упасть и разбиться насмерть;

— алкоголь и наркотики, особенно если они сочетаются с вышеупомянутыми факторами.

 

Когда мы задаем вопрос, что могут сделать взрослые, то это напрямую связано с тем, кто может сделать — школа, семья, государство.

Начнем с семьи, потому что близкие родственники почти всегда рядом.

Чего нельзя делать ни в коем случае:

— провоцировать, высмеивать, угрожать — «слабак, ты никогда этого не сделаешь» (точно сделает, если вы будете так с ним разговаривать);

— рассказывать о людях, которые пытались совершить самоубийство, и делать это в подробностях;

— обсуждать с ребенком способы самоубийства, читать морали, призывать подумать о близких, но если уж ребенок заговорил, то категорически нельзя перебивать, проявлять сарказм, преуменьшать риски и пытаться игнорировать проблему.

 Что надо делать близким:

 — относиться с уважением;

— говорить мало, понятно, доброжелательно, медленно, больше спрашивать и заинтересованно слушать, как можно реже перебивать. Всегда, когда ребенок говорит, — это самое главное лечение. Демонстрируйте понимание. Еще раз: любое ваше внимание — это главный способ профилактики и лечения, особенно если оно доброжелательное.

— интересоваться планами, не оставлять одного;

— организовать встречи со специалистами, прежде всего с психологами, и лучше без вашего присутствия. Ребенку всегда нужна еще одна заинтересованная сторона. Более того, если эту заинтересованную сторону, которая выслушала ребенка, предоставили мама и папа, то автоматически это повышает их авторитет;

— устроить так, чтобы подросток участвовал в волонтерских проектах, помогал нуждающимся, например одиноким старикам на самоизоляции от коронавируса. Когда вы помогаете другим, будучи более успешным, вам в голову не придет мысль о самоубийстве;

— убрать все потенциально опасное — веревки, бытовую химию, не говоря уже о том, что если в доме есть огнестрельное оружие, то оно должно быть недоступно детям;

— совместное планирование — выходного, отпуска, каникул, — это круто;

— совместная еда — собираемся вместе за ужином и обсуждаем все дела, произошедшее за день.

Поверьте мне: если вы будете находить 30−40 минут в день для совместного общения, то шансы ваши быть нормальной семьей, которая создана для общения и поддержки друг друга, многократно возрастут.

 Роль школы

Теперь о том, что может и должна делать школа. Прежде всего педагоги должны быть обучены навыкам выявления суицидальных намерений у детей. Нельзя в 21 веке подпустить к детям старше 9 лет взрослого, который не имеет специальной подготовки выявления суицидальных намерений у детей.

Что важно в самой школе:

— предсказуемость решений и процедур, чтобы дети понимали, что им ожидать в случае выполнения/невыполнения определенных требований;

— формулировка достижимых целей и понятных алгоритмов их достижения;

— создание условий для реализации детей в самых разных направлениях — спорте, творчестве, школьном самоуправлении;

— понятный, доступный, реализуемый алгоритм обращения за помощью, например через адрес анонимной почты;

— школьный зоопарк, потому что уход за всем этим зверьем — это очень круто, позволяет почувствовать, что ты кому-то нужен. Если ты не нужен людям, то ты нужен этой собачонке, в конце концов, этому хомячку.

 

Некоторые действия возможны, когда объединятся семья и школа. Вот была когда-то такая великая книжка — «Тимур и его команда». Я бы ее рекомендовал прочесть современным подросткам сейчас, когда чуть ли не базовая ценность — это объединиться для помощи тем, кому плохо. Когда вы помогаете другим, будучи более успешным, вам в голову не придет мысль о самоубийстве.

Одно из основных средств профилактики, которое должно работать и дома, и в школе, — это передача личного опыта, причем как позитивного, так и негативного, разного. Если ребенок с кем-то поругался, совершил некое однозначно негативное действие, то у него может создаться впечатление, что взрослые его никогда не поймут, ведь они никогда ничего подобного не делали, по их рассказам, были просто ангелы. Так вот очень важно, чтобы и в школе, и дома с детьми делились негативным опытом. И чтобы отец говорил сыну: и со мной такое было, а все проблемы мы решим, особенно когда мы — вместе.

 Эти «страшные» социальные сети

К сожалению, огромное количество родителей не имеют понятия, что такое программы родительского контроля, как ими пользоваться, как можно найти такую программу, чтобы быть в курсе перемещений ребенка, иметь возможность услышать, что вокруг него происходит, а главное — договориться, чтобы она была на мобильном устройстве подростка, объяснив, что это нужно для его/ее защиты.

Что лично меня страшно возмущает в социальных сетях? Мы знаем, что неким человеческим действиям абсолютно не место в социальной сети. Любая соцсеть мгновенно заблокирует любую сцену с детской порнографией. Но почему не блокируются сцены, когда дети жрут пачками таблетки, когда два дебила делают подножки третьему малолетнему, и он бьется головой о пол? Почему, когда дети совершают угрожающие их жизни действия, все это превращается в хихоньки и массово распространяется по сети? Это обязательно нужно блокировать и пресекать администрации социальных сетей.

Еще важное. Девочки думают о самоубийстве и пытаются его совершить примерно в два раза чаще, чем мальчики, используя два основных способа — порезы и отравления (глотание всяческих таблеток). Мальчики, тем не менее, погибают вследствие суицида в четыре раза чаще, чем девочки, потому что используют более радикальные методы. В странах, где есть доступ к огнестрельному оружию дома, риск самоубийств значительно возрастает. В США 60% самоубийств — огнестрелы.

Также обращаю ваше внимание: 95% погибших в результате самоубийства имели на момент смерти психологическое или психическое расстройство. Если детей с мыслями о самоубийстве не лечить, то риск все время возрастает. Но и депрессия, и любые склонности к суициду сейчас, в 21 веке, — это абсолютно излечимые психические расстройства. Большинство подростков предупреждают своих близких перед тем, как покончить жизнь самоубийством, — действиями, словами, намеками... Но, увы, большинство взрослых игнорируют эти предупреждения будучи уверенными в том, что это всего лишь способ подростка обратить на себя внимание.

Ну и последнее, с моей точки зрения, чуть ли не самое главное. Важна доступность психологической помощи. Важно иметь государственные программы реабилитации детей, у которых была попытка суицида, и работать с их родственниками. Важно наличие общедоступного телефона доверия. Важен контроль реализации алкоголя, наркотиков, лекарств и огнестрельного оружия. Поэтому нужно сто раз подумать законодателям, которые опять будут обсуждать легализацию разрешения на огнестрельное оружие.

А для этого нужно поменять политику государства — девизом, целью и смыслом социальной политики должна стать счастливая семья.

 

автор Комаровский Е.О.
опубликовано 29/03/2021 19:48
обновлено 29/03/2021
Разное

Комментарии

Для того чтобы оставить комментарий, пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.